Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава

Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава

В литературе рубежа веков не был еще ясно проявлен образ нового деятеля российской жизни, но его присутствие живо ощущалось многими проницательными живописцами, в том числе и Андреевым. В рассказе с аллегорическим заглавием «В черную даль» (1900) парень, порвавший с буржуазной семьей и уже затрепанный жизнью, ворачивается в отчий дом. Но взаимопонимание установить Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава нереально, и он вновь покидает его, чтоб продолжить борьбу с старенькым миром. «Хорош этот Николай, ушедший в черную даль! — писал Горьковатый. — Он, вправду, орленок, хотя и пощипанный!» (ЛН, 83). Горькому хотелось узреть в творчестве товарища также проявление света — изображение самой борьбы, но тот не ставил пред собою схожей задачки.

Как писатель Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава Андреев стремился не столько к показу актуальных коллизий, сколько к воссозданию настроений, возбуждаемых ими. Свойственна одна из первых попыток в этом плане. «Бунт на корабле» (1901) был должен воспроизвести, по словам создателя, не само восстание (он признавался, что не знает «языка бунтующих»), а атмосферу, чувственный настрой, царящие Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава на корабле и предвещающие «зарождение, развитие, кошмар и удовлетворенность мятежа. Без слов одни зрительные да звуковые ощущения» (ЛН, 118).[456]

Ранешние рассказы пробуждали чувство беспокойства, волнения, острое чувство близящейся катастрофы. Горьковатый ожидал поворота Андреева от «голого настроения» («Бунт на корабле», «Набат» и пр.) к актуальной реальности, но Андреева-художника тянула к для себя Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава не конкретно-историческая, а философски-этическая и бытийная суть изображаемого. «Жизнь Василия Фивейского» (1904) — верхушка «набатных» вещей писателя — посвящена трагизму утери веры в разумное мироустройство.

Судьба сельского священника оживляет в памяти судьбу библейского Иова. Сколько бед обвалилось на него: один отпрыск утопает, другой родится кретином, пьет с горя супруга Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, а потом погибает от пожара. Личные несчастья, к которым присоединяются несчастья прихожан («…у каждого страданий и горя было столько, что хватило бы на десяток человечьих жизней» — 3, 50), только крепят дрогнувшую было веру в высшую справедливость и в высший смысл людского существования. Андреев выступает как психолог, умело сочетающий крушение веры Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава героя с настигающим его безумием. Василий начинает ощущать себя испытуемым богом избранником: он призван облегчить мучения людей. Но возвышенность мыслей и эмоций героя сталкивается с актуальной правдой: нет справедливости ни на земле, ни на небе. Волшебство, в возможность которого веровал священник, не свершилось, ему не удалось оживить погибшего бедняка. И Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава новый Иов возмутился: если он не может облегчить участь людей и мучается сам, то для чего же он веровал? И если нет высшего Промысла, то нет и оправдания тому, что свершается на земле. «В самых основах собственных разрушается и падает мир» (3, 85).

Борьбу с религиозным сознанием Андреев считал первоочередной задачей Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава современной литературы. Когда в конце 1903 г. в «Журнале для всех» появилась статья с проповедью религиозного идеализма и с выпадами против марксизма, писатели-знаньевцы, сотрудничавшие в журнальчике, выступили с коллективным протестом. В предстоящем высянилось, что для 1-го из организаторов этого протеста, В. Вересаева, сначала был неприемлем выпад против марксизма. Андреева же возмутила Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава защита религии. Он писал редактору: «Как ни разнятся мои взоры с взорами Вересаева и других, у нас есть один общий пункт, отрешиться от которого — означает на всей нашей деятельности поставить крест. Это — „королевство человека должно быть на земле“. Отсюда призывы к богу нам враждебны».[457] Богоборческая тема Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава становится ведущей в творчестве Андреева. «Жизнь Василия Фивейского» невольно приводила к выводу — решать свои судьбы должны сами люди.

Мировосприятие Андреева было пессимистично, но это был пессимизм с геройским настроем.

В повести ярко проявилась андреевская концепция личности: человек ничтожен перед лицом Вселенной, не существует предопределенного «высшего» смысла его жизни, темна окружающая Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава его реальность, но, постигая все это, человек не становится кротким. Герой Андреева обычно погибает, он не способен повредить стоящую на его пути «стену», но это герой возмутившийся. Василий Фивейский терпит поражение, но совместно с тем он не побежден. Сумасшедший священник погиб «в 3-х милях от села», сохранив в собственной Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава позе «стремительность бега».

«Жизнь Василия Фивейского» была признана выдающимся литературным явлением. Вокруг повести появились жаркие споры. Одни восстали против ее богоборческой направленности, другие отметили глубину затронутых Андреевым «вечных» заморочек и своеобразие их освещения. Так, В. Короленко писал: «В этом произведении рядовая манера этого писателя добивается большего напряжения и силы Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, может быть, так как и мотив, взятый темой для данного рассказа, существенно общее и поглубже прошлых. Это нескончаемый вопрос людского духа и его исканий собственной связи с бесконечностью вообщем и с нескончаемой справедливостью в частности».[458] Большевик Леонид Красин утверждал, что революционное значение повести «вне спора» (ЛН, 462). Сильное потрясение при чтении Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава «Жизни Василия Фивейского», рассказывающей о том, что «везде неладно, что трагедия близка», испытал А. Блок.[459]

Говоря о художественных особенностях повести, критика направила внимание на чрезмерную гиперболизацию и сгущенность красок. Такая чрезмерность была соответствующей чертой дарования писателя. Андреева заинтересовывало не конкретное проигрывание жизни священника — ее освещали другие литераторы (С. Гусев-Оренбургский Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, С. Елеонский), — а выявление в этой жизни ее общей философской значимости. В связи с этим на 1-ое место было выдвинуто изображение духовного состояния героя.

Выступая как художник-психолог, Андреев обычно сосредоточивал свое внимание только на чисто избранных чертах нрава человека либо же на одной из сторон Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава его духовной эволюции. Ему принципиально показать своеобразную одержимость собственных персонажей. Вера поглощает все существо Василия Фивейского, определяя его отношение к миру.

В повести о священнике, вроде бы подводившей результат преждевременному творчеству писателя, отыскала выражение и еще одна соответствующая черта. Жизнь андреевских героев нередко связана с проявлением чего-то загадочного Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава и наизловещего («Большой шлем» и др.), но отношение самого создателя к этому наизловещему не раскрыто. Он повсевременно дает осознать, что «роковое» близко к реальности в собственной базе и совместно с тем независимо от каких-то причинных связей. Двоякое изображение «Судьбы», «Рока», данное в «Жизни Василия Фивейского», пройдет потом через все Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава творчество писателя, часто вызывая обвинения в мистицизме, хотя падкие до мистицизма символисты не без основания утверждали, что отсутствие религиозного сознания выводит Андреева за границы магического.

Андреев много работал над повестью, справедливо считая, что она более ярко открывает его мировоззрение и его творческий способ. Увлекателен отклик писателя на статью М. Неведомского Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава «О современном художестве».[460] Отметив малую актуальную осведомленность создателя и его рвение изображать человека вне социальной детерминированности, критик в целом отдал высшую оценку повести, особо выделив сцену исповеди Мосягина; она, по его воззрению, почти все объясняла в психологии мужчины. В письме к критику Андреев согласился с упреком в нехорошем Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава знании жизни («почти совершенно ее не знаю»), не знал он и изображаемых им попов и мужчин (последние известны «только по книге»), но положительный отзыв ободрил его, утвердив в мысли, что недостающее знакомство с жизнью может быть восполнено интуицией художника и особенным методом изображения реальной реальности. «А то, что Вы гласите о Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава Фивейском, — сказано в письме, — дает мне некую уверенность, что так можно писать и окрыляет меня на новые ирреальные подвиги».[461] Таким «ирреальным подвигом» стал рассказ «Красный смех» (1904), обозначивший новейшую веху в творческом развитии писателя.

Русско-японская война произвела на Андреева ошеломляющее воспоминание. Он не был очевидцем военных Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава действий и не пробовал априорно изображать ежедневные страхи войны. Его задачка — показать людскую психику, пораженную и убитую этой войной. В сделанном им рассказе даются обрывочные записи военных мемуаров сошедшего с мозга офицера, изготовленные его братом, а потом такие же обрывочные записи раздумий и наблюдений самого брата, также сходящего с разума. При Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава всем этом грань меж героями специально стирается: оба — нездоровой и еще здоровый — воспринимают войну как «безумие и ужас». Безрассудно само появление войны, безрассудны те, кто ее приветствует, и те, кто ведет ее. Безумие — очевидное и скрытое — обхватывает все вокруг. Оно проявится и в кровавом угнетении мирных выступлений против войны.

«Записи Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава» свидетельствуют о том, что война антинародна и нелогична. Она ужасна как тыщами загубленных жизней, так и тем, что убивает веками воспитанное чувство гуманности, превращая человека в потенциального свирепого убийцу. Происходит социально-этическое разрушение личности.

Сумасшедший кошмар войны с ее насилием над эмоциями и разумом людей, которое она совершает в Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава 1-ый же момент собственного появления, был воплощен писателем в символическом виде Красноватого (кровавого) Хохота, начинавшего властвовать над землей. «Это красноватый хохот. Когда земля сходит с мозга, она начинает так смеяться. Ты ведь знаешь, земля сошла с мозга. На ней нет ни цветов, ни песен, она стала круглая, гладкая и Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава красноватая, как голова, с которой содрали кожу» (4, 132).

Рассказ востребовал от писателя большого нервного напряжения. Оно было вызвано и гневом против людской бойни, и тяжелыми поисками художественного воплощения плана. Послав рассказ еще в рукописи в Ясную Поляну, Андреев писал Толстому, что война вызвала ломку его мнений: «Так, в новеньком Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава освещении встают передо мной вопросы: о силе, о разуме, о методах нового строительства жизни. Пока это ощущается еще непонятно, но уж есть основания мыслить, что со старенького пути я сворачиваю куда-то в сторону».[462] Неприятие современного общества еще больше обостряется. Андреев уверен в том, что война повлечет Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава за собой переоценку многих ценностей. Сам он уделяет сейчас основное внимание нравственным, этическим дилеммам.

«Красный смех» нашел видоизменение художественной манеры писателя, издавна уже вызревавшее в его творчестве. Рвение к философским обобщениям, к раскрытию глубинной сути изображаемых явлений приводит к все более широкому использованию условных художественных средств — символики, гиперболы, гротеска.[463] Сближая «Красный смех Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава» с рассказом В. Гаршина «Четыре дня», критика вкупе с тем заговорила об отходе Андреева от реализма.

Показателен спор о принципах использования актуального материала, появившийся меж Горьковатым и Андреевым. Прочитав рукопись рассказа, Горьковатый не согласился с «произвольным» подчинением реального материала авторскому плану и порекомендовал Андрееву уделить большее внмание реальным Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава фактам, потому что они «страшнее и значительнее твоего дела к ним» (ЛН, 243). Горьковатый считал, что конкретность сделает «Красный смех» еще больше впечатляющим. Но, согласившись с рядом личных замечаний, Андреев не принял основного горьковского пожелания — ввести в рассказ реалистическое изображение самой войны. Он преднамеренно стремился к гиперболизации фактов, к изображению безумия Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава войны как такой. В этом изображении его побуждал опыт художника Ф. Гойи.

Кто же оказался прав в этом споре? Дать конкретный ответ на этот вопрос нереально. Любой из писателей отстаивал точку зрения, обусловленную его своей творческой практикой, и поэтому каждый по-своему был прав. Горькому хотелось, чтоб Андреев направил Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава собственный гнев против определенных ужасов современной войны и тем активнее повлиял бы на зреющее в российском обществе соц недовольство. Андреев же, все более тяготеющий к широким социально-философским обобщениям, принимал русско-японскую войну не в ее конкретно-историческом виде, как одно из проявлений безумств XX века с его кричащими Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава соц и этическими противоречиями. Повесть о Василии Фивейском гласила об страхе и безумии, укрытых в ежедневной жизни человека. Война — очевидное безумие современного общества в целом.

Русско-японская война воспринималась Андреевым как начало, пролог к тому, что могло повториться в мире капитализма с еще огромным размахом. Новый ракурс Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава в освещении военной темы, предлагаемый Горьковатым, безизбежно повлек бы за собою изменение как самого плана, так и его художественного воплощения. Андрееву была дорога сначала социально-этическая сторона антимилитаристического протеста и его чувственная напряженность. «Оздоровить — означает убить рассказ, его основную идею», — так ответил он Горькому (ЛН, 244). Вересаев, выступивший позже Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава с реалистическими записками «На войне», не принял «Красного смеха», потому что не отыскал в нем реального соответствия реальности. Соц значение рассказа было в ином. Фуррор «Красного смеха», размещенного в следующем «Сборнике приятельства „Познание“», был громаден. Страстное выступление против криминального истребления людей, боль и негодование за поругание разума и человечных основ жизни произвели Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава сильное воспоминание на читателей, а конкретно к этому и стремился создатель. «Красный смех» был первым и притом в особенности впечатляющим произведением, противостоящим патриотической военной литературе. И хотя в изображении ужасов и безумий войны живописец порою терял чувство меры, ему удалось вынудить услышать себя. Рассказ получил широкую известность и Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава за рубежом.

9 января и следующие за этим деньком действия обострили у Андреева соц восприятие жизни. «Вы поверите: ни одной мысли в голове не осталось, не считая революции, революции, революции», — писал он Вересаеву.[464]

Андреев приветствовал революцию 1905 г., но скоро его оптимизм начал перемежаться с неверием в победу революционных Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава сил. «Леонид Николаевич, — свидетельствовал Горьковатый, — удивительно и мучительно-резко себе раскалывался надвое: на одной и той же неделе он мог петь миру — „Осанна!“ и провозглашать ему — „Анафема!“ в обоих случаях он ощущал идиентично искренно».[465] Отмеченная Горьковатым двойственность мировосприятия Андреева, порожденная резкими колебаниями публичных настроений в 1-ое десятилетие нового века Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, ярко проявилась как в проблематике, так и в художественной специфике его творчества. Не утвердившись до конца жизни ни в каком из собственных провозглашений миру, Андреев делает сразу противостоящие друг дружке произведения. В 1905 г. он пишет пьесу «К звездам», прославляющую революционеров, и публикует рассказ «Так было», в каком выражено колебание в успехе революции Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава; в 1907 г. появятся рассказы об измене революционному делу («Тьма») и о неиссякаемости рвения к революционной переделке мира («Из рассказа, который никогда не будет окончен»). Двойственностью в восприятии мира Андреев наделит и многих собственных героев.

В связи с рассказом «Так было», который обычно рассматривается как конкретный отклик Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава на действия 1905 г., следует вспомнить о его начальном плане. Рассказ связан с волновавшими писателя размышлениями о природе власти и рабства, о том, что позволяет одному повелевать миллионами, а другим подчиняться этому властвованию. Размышления эти совпадают по времени с раздумьями по тому же поводу Толстого. Создатель «Хаджи-Мурата» находил вопросы эти Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава сначала нового века в особенности «жгучими», Андреев угадывал их жгучесть, сопрягая делему взаимообусловленности рабства и власти с социально-этической неувязкой воли и своеволия человека.

В 1903–1904 гг. Андреев пишет рассказ о Навуходоносоре («Из глубины веков»), показавший императивного нигилиста древности, и задумывает рассказ о Людовике XX. В нем он желал поставить Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава вопрос о ничтожестве владыки, скрываемом от окружающих загадочной силой власти. Рассказ «Так было» явился частичной реализацией данного плана. Тогда же у Андреева появляется желание напирать об Иване Суровом, в виде которого ему видится воплощение катастрофы сверхчеловека. В конце творческого пути писатель сделает попытку выявить соответствующие черты нового типа Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава власти в мире империализма («Дневник Сатаны»).

В период первой российской революции все заметнее становится тяготение Андреева к абстрагированному восприятию реальности, все яснее выявляется рвение к подмене соц заморочек неуввязками этическими, приобретающими всеобщий нрав. Так, в повести «Губернатор» (1905), выразительно запечатлевшей бесправие трудящихся масс (расстрел демонстрации рабочих по приказу губернатора, сумрачная жизнь Канатной, где Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава ютится рабочий народ), основное внимание уделено анализу социально-этической психологии центрального героя.

Повесть написана под очевидным воздействием Толстого («Смерть Ивана Ильича»). Как все в городке, губернатор ожидает возмездия за свое грех — и наступает моральное прозрение. Считая себя правым в выполнении служебного долга, губернатор совместно с тем приходит к Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава мысли, что «государственная небходимость — подкармливать голодных, а не стрелять» (2, 40). Это тянет за собою самоосуждение героя, он не противится ожидаемой каре. Но само возмездие из плана общественного (убийство карателя народа) было переключено создателем в сферу загадочного предначертания Закона справедливости, что вызвало заслуженный упрек в увлечении писателя социальной магией.

Высочайшая Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава чувственная настроенность и бунтарская направленность ранешнего творчества Андреева отразила подъем публичного протеста в 1900-е гг. В период подготовки революции 1905 г. Горьковатый и Андреев бьются под общим знаменем. Революция обозначила начало расхождения меж ними. В критериях обостренной классовой борьбы и идеологического размежевания сама жизнь добивалась от литераторов более точного Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава определения собственной публичной ориентации. Горьковатый начинает выступать как представитель демократии социалистической, и это приводит его к созданию нового творческого способа — социалистического реализма. Андреев же, подобно многим писателям той поры, пробует сохранить позицию «независимого» от публичных воздействий художника. В реальности же, оставаясь верным общедемократическим взорам и гуманистическим основам собственного творчества, он становится Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава выразителем настроений оппозиционной интеллигенции, которая, не примкнув ни к господствующему, ни к противостоящему ему классу, оказалась в период первой российской революции и в годы реакции в катастрофическом положении.[466]

В конце 80-х — начале 90-х гг. критика подводит итоги деятельности А. Н. Островского как реформатора российской драматургии и сцены. Вместе с положительными Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава оценками все почаще возникают суждения об устарелости его пьес и общем упадке современной драмы и театра. Но сценическое затишье было недолгим. На рубеже веков российская литература выдвигает больших драматургов — Чехова, Горьковатого, Андреева. Появляются новаторские театры (Столичный Художественный театр, Театр В. Ф. Комиссаржевской и др.).

1-ая завершенная Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава Андреевым драма «К звездам» (1905) написана в реалистической манере. То была 1-ая российская пьеса с оголенной революционной темой; в первый раз на сцене появился проф революционер-рабочий. Действие пьесы происходило в горах неведомой страны.[467] Революционное выступление в равнине было подавлено, и российские революционеры скрылись в обсерватории, где работал большой ученый Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава Терновский. Управляющий восстания — отпрыск астролога Николай не возникал на сцене, но о нем экзальтированно гласили многие персонажи. Рабочий Трейч выступал с призывом продолжить борьбу, в каком слышалась перекличка с бравурными речами горьковского Нила. «Вместе с Трейчем, — писал А. Луначарский, — Андреев привел нас, как умел, на верхушки активной философии жизни, философии людского труда Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, людского преображения мира».[468] Театральная Цензура тотчас же воспретила пьесу, усмотрев в ней идеализацию революции и ее деятелей.[469]

Но «К звездам» — не только лишь пьеса о революции.[470] По мысли драматурга, изменение судеб населения земли связано с 2-мя важными факторами: революционной борьбой и расширением научного зания мира. В пьесе Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава утверждалась соц ценность как революционных, так и научных подвигов. Отрицательному отношению суховатых революционеров-практиков (Верховцевых) к делу астролога, которое расценивалось ими как непростительный отрыв от публичной деятельности, от живой связи с жизнью, противопоставлялось отношение Трейча и Николая, понимавших глубинное значение «отвлеченной» работы Терновского.

Образ ученого только начал заходить в русскую литературу Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава. Более значим в то время был образ старенького доктора из «Скучной истории» Чехова. Большой исследователь подводил грустный результат собственной жизни: он не обрел «общей идеи», придающей смысл людскому существованию. Нет таковой «общей идеи» и у андреевского астролога, ее подменяет ему жесткая убежденность в неразрывной связи людской жизни Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава с жизнью Вселенной. Одержимый собственной работой Терновский смотрится в пьесе прохладным человеком, отрешенным от дел земли, которые он считает только «суетными заботами» в сравнении с галлактическими катастрофами. В конце пьесы создатель несколько смягчает оторванность Терновского от дел земли, что не меняет основной сути его вида, который символизирует грубость людского Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава разума, проникающего в потаенны мироздания и утверждающего сопричастность человека к нескончаемому. Образ этот очевидно мил драматургу. Его ученый наделен не только лишь обостренным чувством родства с природой, с космосом, да и близкими самому создателю размышлениями о земном бессмертии человека, создаваемом его деяниями и разумом. Неприятие Андреевым религиозной трактовки вопроса Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава о бессмертии, хотя и затронутого в данной пьесе вскользь, было тотчас увидено и вызвало очень резкое выступление 1-го из основоположников Религиозно-философского общества.[471]

Творческая одержимость, характерная как революционерам (таковы романтически настроенные Трейч и Маруся), так и ученым, — вот что движет жизнь вперед, по утверждению драматурга. Путь «к звездам» окрашен кровью Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава и страданиями тех и других. Характерен конец пьесы, заканчивающейся словами Терновского, простиравшего руки к звездам («Привет для тебя, мой дальний, мой неведомый друг!»), и Маруси, протягивающей руки к земле («Привет для тебя, мой милый, страдающий брат!»).

В пору сотворения пьесы «К звездам» идея Андреева о близости научного Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава и революционного подвига и полной отдаче человека служению науке и революции не завлекла внимания критиков. Размышления астролога о Космосе и дальнем галлактическом друге казались необыкновенно оторванными от земных дел. Но в это время подобные размышления уже крепко обладали калужским мечтателем К. Циолковским.

И 1-ая, и 2-ая (обнаженно богоборческая) пьеса («Савва». 1906), также написанная Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава в реалистической манере, не удовлетворили создателя. Его тянет к постановке вопросов о бытийной сути жизни человека, о смысле исконной борьбы добра и зла, веры и неверия. «Проблема бытия — вот чему невозвратно отдана идея моя, и ничто не принудит ее свернуть в сторону», — произнесет Андреев в 1906 г Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава.[472]

Воззвание к новейшей проблематике повлекло за собой поиски новых художественных средств. Желая показать всеобщность изображаемых явлений, драматург отрешается от установления определенных связей данных явлений с самой реальностью и ставит перед собою задачку выявлять «ирреальное в реальном, знак в конкретном», вражду «к актуальному, поверхностно кричащему и любовь к вечному».[473] Все заметнее становится в Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава его творчестве склонность к умозрительности, соединенной с романтичным мироощущением, с высочайшим чувственным настроем.

Андреев считал себя учеником Чехова. В чем лицезрел он свою близость к этому драматургу? Ведь у него была другая проблематика, не была родственна ему и узкая художественная манера создателя «Вишневого сада». Андреев ценил Чехова за раскрепощение Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава драмы от обычного сюжетного развития (создание драмы без деяния), за новый вид психологизма и за умение подчинить ему весь окружающий героя реальный мир. Свою новаторскую драму Андреев принимал как движение по пути, обозначенному Чеховым.

Пьеса «К звездам» использовала в значимой мере старенькые драматические приемы. Новенькая форма Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава была найдена при реализации плана — воспроизвести на сцене в обобщенно-стилизованном виде жизнь человека от рождения до смертного часа. Создатель стремился показать общность человечьих судеб, а не определенную судьбу индивида. В связи с этим зритель был должен узреть не саму жизнь человека, как бы повествование о ней. «Если в Чехове и Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава даже Метерлинке, — писал Андреев К. С. Станиславскому, — сцена должна дать жизнь, то тут — в этом представлении сцена должна дать только отражение жизни».[474]

Для новаторского таланта Чехова-драматурга, на первых порах отрицаемого современниками, было типично смелое сближение жанров повести и драмы. В свободном использовании жанров Андреев шел прямо за ним.

«Жизнь Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава человека» — 1-ая пьеса «условного» театра Андреева — ярко отразила мировосприятие драматурга.[475] Она пессимистична в собственной базе: человек, неизвестно откуда пришедший в мир, обречен на исчезновение, погибель. На актуальном пути его постоянно аккомпанирует Некто в сероватом, вроде бы напоминая, что все преходяще. Часть критиков истолковывала этот образ в магическом плане, сближая Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава нескончаемого спутника героя с неумолимым Роком, с божественным Промыслом, часть же принимала его как знак неумолимой природы с ее био законами. Луначарский утверждал, что «великолепно загаданный и выполненный „Некто в сероватом“» представляет собою природу «в ее законах, ничего не желающий закон Он — весь причина, целей у Него Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава нет».[476] Убывающая пылающая свеча, давно символизирующая жизнь человека, вроде бы подтверждала истолкование Луначарского и его приверженцев,[477] но образ Некто в сероватом на всем протяжении пьесы все таки припоминает о том, что Андреев отыскивает в реальном ирреальное.

Писатель изолирует собственного Человека от конкретно-исторических, соц связей (о их напоминали только жадные детали Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава) и, отбросив личное, делает подчеркнуто схематизированный образ человека. Каким же видится он ему? На этот вопрос давались и продолжают даваться самые противоречивые ответы. Некие исследователи рассматривают, к примеру, актуальный путь человека как путь перевоплощения в обывателя. Текст пьесы опровергает схожее толкование.

В прологе Некто в сероватом гласит Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава об ограниченности зрения и познаний человека, который «покорно совершает круг стального предначертания», но в самой драме человек бунтует, противопоставляя свою волю неведомому ему предначертанию. Мятежность, которой создатель одарил собственного героя, позволяла гласить о нем как драматурге-романтике.

Присущая писателю дисгармония в восприятии мира отыскала отражение в изображении противоречивости людской Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава жизни. Молодость человека связана с бедностью, но в излишке наделена вдохновением и жаждою сразиться с Некто, четкое имя которого ему не понятно: «…я смел и силен, я кличу Тебя на бой. Поблестим клинками, позвеним щитами, обрушим на головы удары, от которых задрожит земля! Эй, выходи на бой! Побеждая Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, я буду петь песни, на которые отзовется вся земля: молчком падая под Твоим ударом, я буду мыслить только о том, чтобы опять встать и броситься на бой! В моей броне есть слабенькие места, я знаю это. Но, покрытый ранами, истекающий красной кровью, я силы соберу, чтоб кликнуть: Ты еще не Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава одолел, злой недруг человека!» (1, 190–191). Этому вызову герой остается верен всю жизнь.

Несоответствие меж мечтой и реальностью будет подчеркнуто и дальше. Человек добивается творческой зрелости, он богат, но окружен непристойностью и враждебностью. Драматург указывает, «как веселятся сытые люди, у каких душа мертва».[478] Человек оказывается замкнутым в мертвом мире пошляков и манекенов Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава, но сам не соединяется с ними. При закате жизнь становится все трагичнее: конструктор опять беден, его творчество чуждо новенькому поколению, уходит талант, погибает отпрыск. Он изменит для себя, преклонит колени, моля бога спасти умирающего отпрыска, но это — на короткий срок. Угасающий человек не смирится с дарованной ему жизнью и проклянет Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава того, кто стоит, держа ее убывающую свечу.

Мятежность героя подчеркнута и в сцене погибели, которая припоминает концовку пьесы Э. Ростана «Сирано де Бержерак». Человек, лишенный сил и всеми покинутый, в последнюю минутку жизни вновь вспоминает о собственном мече (1, 220).

Пьеса вызвала огромное число откликов. Споры появлялись и по поводу адреевской Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава концепции человека, и по поводу необыкновенной формы драмы. Горьковатый, приветствуя новшество драматурга, пожаловался на заниженность его героя, но целью Андреева было сделать образ обычного человека, не героя и в то же время не раба жизни, и тем утвердить бунтарство в качестве базы людского бытия. Критиков-марксистов (в том Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава числе Г. В. Плеханова) привлек мятеж Андреева против буржуазного мира.[479] Обскурантистская критика и церковники восстали против богоборческого пафоса пьесы. По их настоянию для постановок «Жизни человека» были введены ограничительные меры.

Стремясь к показу всеобщего, Андреев все таки не совершенно отказался в «Жизни человека» от временны́х обозначений Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава деяния пьесы: герой ее отождествлен с образом интеллигента конца XIX — начала XX в. И это обернулось против драматурга. Изоляция такового героя от широкого потока жизни, в том числе от публичной борьбы, невольно ринулась в глаза, в особенности критикам, считавшим схожее отображение уходом от основной задачки современной литературы. Определенные «приметы времени Максим Горький. Социалистический реализм 28 глава» присутствовали и в «Царе Голоде», что стало одной из обстоятельств негативного дела к этой драме. В следующих пьесах такового типа Андреев решительно отказался от схожих временны́х связей («Анатэма», «Черные маски»).


maketi-statisticheskih-tablic.html
makiavelli-n-gosudar-sochineniya-stranica-42.html
makiavellizm-v-strukture-lichnostnih-chert-kursovaya-rabota.html